1-4ст. «Если в земле, которую Господь Бог твой, дает тебе во владение, найден будет убитый, лежащий на поле, и неизвестно, кто убил его, то пусть выйдут старейшины твои и судьи твои и измерят [расстояние] до городов, которые вокруг убитого; и старейшины города того, который будет ближайшим к убитому, пусть возьмут телицу, на которой не работали, [и] которая не носила ярма, и пусть старейшины того города отведут сию телицу в дикую долину, которая не разработана и не засеяна, и заколют там телицу в долине…» (Втор.21:1-4).
В этой главе описывается еще свод правил для проживания на земле обетованной, правила, научающие жить по справедливости и о том, что является добром в глазах Божьих, что праведно и как должны жить те, которые приняты в удел Бога живого – народ особый, освященный из всех окружающих народов.
Итак, если случится убийство неизвестным человеком, и не будет понятно намеренное это убийство или не намеренное, но все же кровь пролита, и зло, за которое есть возмездие, совершено, то для того, чтобы оно не пало на проживающих вблизи убитого, так как, скорее всего, этот убийца именно из той местности, которая близ убитого, Бог говорит, что надо произвести определенный обряд очищения. Для этого судьи и старейшины, поставленные ответственными за народ, должны собраться со всех прилежащих к убитому окрестностей и определить расстояние, к какому из городов поле, на котором найден убитый, ближе. Те и понесут на себе вину за преступление. Поэтому они должны взять для жертвоприношения телицу, на которой никто еще не работал, и принести жертву на поле, которое также никем не обработано. Это символизирует то, что убитый неизвестен, в убийстве никто конкретно не обвиняется, и жертва будет принесена за весь город. Если бы жертва приносилась на чьем-то поле, которое было обработано, то получилось бы, что жертва принесена конкретно за него. По той же причине и Давид, когда Бог сказал ему принести за себя жертву, когда он согрешил, исчислив Израильский народ, прежде всего, купил участок, на котором принес жертву, хотя хозяин того участка предлагал ему взять даром: «И сказал Давид Господу, когда увидел Ангела, поражавшего народ, говоря: вот, я согрешил, я поступил беззаконно; а эти овцы, что сделали они? пусть же рука Твоя обратится на меня и на дом отца моего. И пришел в тот день Гад к Давиду и сказал: иди, поставь жертвенник Господу на гумне Орны Иевусеянина. И пошел Давид по слову Гада, как повелел Господь. И взглянул Орна и увидел царя и слуг его, шедших к нему, и вышел Орна и поклонился царю лицем своим до земли. И сказал Орна: зачем пришел господин мой царь к рабу своему? И сказал Давид: купить у тебя гумно для устроения жертвенника Господу, чтобы прекратилось поражение народа. И сказал Орна Давиду: пусть возьмет и вознесет [в жертву] господин мой, царь, что ему угодно. Вот волы для всесожжения и повозки и упряжь воловья на дрова. Все это, царь, Орна отдает царю. Еще сказал Орна царю: Господь Бог твой да будет милостив к тебе! Но царь сказал Орне: нет, я заплачу тебе, что стоит, и не вознесу Господу Богу моему жертвы, [взятой] даром. И купил Давид гумно и волов за пятьдесят сиклей серебра. И соорудил там Давид жертвенник Господу и принес всесожжения и мирные жертвы. И умилостивился Господь над страною, и прекратилось поражение Израильтян» (2Цар.24:17-25). Во-первых, за чужой счет жертву не приносят, а, во-вторых, свою вину на другого не перекладывают. Это справедливо пред Господом, и это есть правда и добро.
5-9ст. «…и придут священники, сыны Левиины; и все старейшины города того, ближайшие к убитому, пусть омоют руки свои над [головою] телицы, зарезанной в долине, и объявят и скажут: руки наши не пролили крови сей, и глаза наши не видели; очисти народ Твой, Израиля, который Ты, Господи, освободил, и не вмени народу Твоему, Израилю, невинной крови. И они очистятся от крови. [Так] должен ты смывать у себя кровь невинного, если хочешь делать [доброе и] справедливое пред очами Господа» (Втор.21:5-9).
Над головой убитой телицы священники должны были омыть руки старейшин, которые принесли эту жертву, так как обвинение за убитого пало на них. Они должны были объявить во время омовения рук, что не виновны в этом убийстве, что не видели, кто это совершил, и так грех убийства будет с них смыт. Это они должны были сделать за весь город, так как кровь убитого пала виной на их город, и их могло постичь Божье отмщение за убитого.
10-13ст. «Когда выйдешь на войну против врагов твоих, и Господь Бог твой предаст их в руки твои, и возьмешь их в плен, и увидишь между пленными женщину, красивую видом, и полюбишь ее, и захочешь взять ее себе в жену, то приведи ее в дом свой, и пусть она острижет голову свою и обрежет ногти свои, и снимет с себя пленническую одежду свою, и живет в доме твоем, и оплакивает отца своего и матерь свою в продолжение месяца; и после того ты можешь войти к ней и сделаться ее мужем, и она будет твоею женою…» (Втор.21:10-13).
Далее говорится о тех случаях, когда Израиль будет вести войны с теми, кто не относится к народам, о которых Господь сказал, как о заклятых, а дальние народы, не находящиеся в Ханаане: «…так поступай со всеми городами, которые от тебя весьма далеко, которые не из [числа] городов народов сих А в городах сих народов, которых Господь Бог твой дает тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души, но предай их заклятию: Хеттеев и Аморреев, и Хананеев, и Ферезеев, и Евеев, и Иевусеев, как повелел тебе Господь Бог твой» (Втор.20:15-17). Брать пленных, в таком случае, не возбранялось и даже брать в жены женщин, если они полюбятся, также не возбранялось. Но и тут надо было соблюсти некоторые правила. И тут Бог учит поступать по любви и праведно пред Богом. Бог не позволял насилия над пленницами, хотя во время захвата пленных такой опыт всегда присутствовал во всех языческих народах. Но в Своем народе Бог не желал видеть подобное беззаконие и насилие. В Синодальном переводе записано: «…захочешь взять ее себе в жену…», а в оригинале записано: «…ты должен жениться на ней». Для этого надо было взять пленницу в свой дом, то есть поселить среди своих в доме, представить ее официально всем родственникам. Это также делает невозможным незаконное сожительство с ней.
А также, пленнице давалось время приготовиться к новой жизни психологически, чтобы это не выглядело насилием. Если мужчина желает взять ее в жены, то давалось время для того, чтобы она оплакала свою разлуку с родителями и свыклась с мыслью о том, что у нее начинается новая жизнь. В знак ее смирения и, быть может, даже траура по умершим во время сражения родителям, ей остригали голову и ногти, переодевали в новую одежду, и я уверена, что эта одежда отличалась по виду от той, что носили ее народы. Обрезание волос в древности в некоторых народах символизировало потерю невинности, наказание за преступление, посвящение в рабство или же знак траура.
14ст. «…если же она [после] не понравится тебе, то отпусти ее, [куда] она захочет, но не продавай ее за серебро и не обращай ее в рабство, потому что ты смирил ее» (Втор.21:14).
После того, как бывшая пленница станет женой, она получает все те юридические права, как и любая израильтянка. К ней нельзя относиться как к пленнице. И если муж захочет ее отпустить, то есть развестись с ней, то должен делать это по тем же правилам, какие приписаны при разводе с израильтянками. Он не может оставлять ее при себе в качестве рабыни, потому что он смирил ее, то есть был с ней как муж.
15-17ст. «Если у кого будут две жены – одна любимая, а другая нелюбимая, и как любимая, [так] и нелюбимая родят ему сыновей, и первенцем будет сын нелюбимой, – то, при разделе сыновьям своим имения своего, он не может сыну жены любимой дать первенство пред первородным сыном нелюбимой; но первенцем должен признать сына нелюбимой [и] дать ему двойную часть из всего, что у него найдется, ибо он есть начаток силы его, ему [принадлежит] право первородства» (Втор.21:15-17).
Далее Моисей касается такого вопроса, как раздел имения между сыновьями, в том случае, когда у отца будут две жены, и одна из них – нелюбимая. Если обе они родят сыновей, и первенец будет от нелюбимой, то на раздел имения не должно влиять отношение к жене. Первородный сын, даже если он от нелюбимой жены, должен получить полагаемое ему наследство, как первородный сын. Ему полагалась двойная часть из всего, что было у отца. И это также справедливость и правда Божья.
В Библии мы не видим ни одного счастливого брака, где присутствует многоженство. Как правило, муж прилепляется к одной из жен, и она становится его любимой, а другая – соперницей. Хотя в те времена многоженство не возбранялось, все же Бог сотворил Адама и Еву, одного мужчину и одну женщину, и назвал это браком, как одно целое. А полигамные браки сопряжены с большими неприятностями, с которыми сталкивались и ветхозаветные Израильтяне.
18-21ст. «Если у кого будет сын буйный и непокорный, неповинующийся голосу отца своего и голосу матери своей, и они наказывали его, но он не слушает их, – то отец его и мать его пусть возьмут его и приведут его к старейшинам города своего и к воротам своего местопребывания и скажут старейшинам города своего: "сей сын наш буен и непокорен, не слушает слов наших, мот и пьяница"; тогда все жители города его пусть побьют его камнями до смерти; и [так] истреби зло из среды себя, и все Израильтяне услышат и убоятся» (Втор.21:18-21).
Непокорство родителям, непочитание родительского авторитета, даже в зрелом возрасте, серьезно пресекалось. Бесчинствующие дети могли появиться даже у богобоязненных родителей, в среде Израиля. Это не просто шалости и небольшое ослушание, но именно качество характера, как мот и пьяница, дебошир и наглый, когда, несмотря на все усилия родителей, остановить сына и образумить невозможно, он оставался таковым. Такое поведение показывает, что такой сын восстал против власти: против родительской власти и против власти Бога, установившего родительскую власть и заповедующего почитать отца своего и мать свою. Это пятая заповедь, данная через Моисея. Такое поведение могло быть очень плохим примером для остальных, оно подрывало основы, на которых строилось общество Израиля. Это показывает всему обществу, что от исполнения пятой заповеди зависит сама жизнь человека. И если даже родители не приведут своего сына на суд, то Бог силен осудить такого сына за дерзость. Эту мысль выражает в Новом Завете Павел: «Дети, повинуйтесь своим родителям в Господе, ибо сего [требует] справедливость. Почитай отца твоего и мать, это первая заповедь с обетованием: да будет тебе благо, и будешь долголетен на земле» (Еф.6:1-3). Когда говорится, что все жители города должны побить камнями буйного сына, приведенного к старейшинам, имеется в виду то, что такое поведение должно быть осуждено всем обществом, а не отдельными личностями. Так истребится зло из Израиля.
22,23ст. «Если в ком найдется преступление, достойное смерти, и он будет умерщвлен, и ты повесишь его на дереве, то тело его не должно ночевать на дереве, но погреби его в тот же день, ибо проклят пред Богом [всякий] повешенный [на дереве], и не оскверняй земли твоей, которую Господь Бог твой дает тебе в удел» (Втор.21:22,23).
Интересно описывается наказание и осуждение человека, как проклятого. Если человек совершал преступление, достойное смерти, то его вначале надо было предать смерти, а затем повесить на дереве. Это означало, что он проклят Богом за свои злодеяния. Не потому, что он висел на дереве, он становился проклятым, но он весел на дереве потому, что был проклят. Это было знаком того, что он заслуживает проклятие. Поэтому и разбойников вешали на дереве, то есть перед всеми, на всеобщее обозрение. По той же причине и Христа распяли, то есть повесили на дереве. Он был причтен к злодеям за то, что наказание мира было на Нем: «Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою – ибо написано: проклят всяк, висящий на древе, – дабы благословение Авраамово через Христа Иисуса распространилось на язычников, чтобы нам получить обещанного Духа верою» (Гал.3:13,14). Только за тяжкое преступление вешали трупы на дерево. Как потребовали Гаваонитяне от Давида семь потомков из племени Саула для того, чтобы повесить их в знак того, что проклят род Саула за его беззаконие: «И сказали они царю: того человека, который губил нас и хотел истребить нас, чтобы не было нас ни в одном из пределов Израилевых, – из его потомков выдай нам семь человек, и мы повесим их пред Господом в Гиве Саула, избранного Господом. И сказал царь: я выдам» (2Цар.21:5,6). Не случайно и Авессалом повис на дереве и так принял свою смерть. Он восстал на своего отца, да еще и на помазанника Божьего. Его волосы, запутанные в ветвях деревьев, свидетельствуют о том, что его гордость и превозношение погубили его, то, чем он гордился и красовался, привело его к проклятию.
